Все ушли, Путин остался: Реакция Запада на отставку правительства зашкаливает

Удивление — это первое слово, которое приходит в голову при прочтении статей в международной прессе о событиях прошлого дня в России.

Первые полосы абсолютно всех немецких изданий, большинства французских и итальянских и доброй половины американских (при том, что там рассматривается вопрос об импичменте Трампа, то есть хватает своих дел), так или иначе посвящены Путину, Медведеву и чуть меньше — новому кандидату на премьерское кресло — Михаилу Мишустину.

Все видят, что перед ними историческое, из ряда вон выходящее событие, но мало кто понимает, чего ждать и прогнозировать дальше — а потому статьи во французском Figaro, итальянской La Stampa и американском Bloomberg легко перепутать одну с другой. La Stampa рассказывает о новом кандидате как об уже свершившемся премьере, сообщает, что он руководит ФНС, а затем пускается в объяснения о политическом устройстве в России, делая вывод, что «Владимир Путин не может снова быть избран президентом, он анонсировал реформу, которая переменит баланс сил».

«Фигаро» более подробно останавливается на биографии Мишустина, подчёркивает то, что он неизвестен широкому кругу россиян, однако тут же приводит слова заместителя председателя Совфеда Николая Журавлева, который называет кандидата «одним из самых эффективных в стране управленцев».

Журналисты Bloomberg более подробны: они называют Мишустина технократом, также подчёркивают, что он не очень известен широкой публике, но при этом цитируют Алексея Макаркина, комментатора оппозиционных изданий и сотрудника Центра политических технологий, который говорит, что новый премьер «может помочь наполнить кошельки и стать очень популярным».

Эта цитата сильно идёт вразрез со статьями в других изданиях, где Мишустина называют «несамостоятельной фигурой» и даже «человеком без политического опыта» (при том, что на госслужбе он, с перерывами, был с 1998 года). Впрочем, это понятно — до сегодняшнего дня у Михаила Владимировича не было даже странички в англоязычной «Википедии», что для западного человека означает полную безвестность.

А вот немцы ситуацию разбавляют. Может, сыграла роль наша с ними географическая и политическая близость, а может, привычка местной прессы автоматически видеть в каждом движении Кремля знаки приближающейся диктатуры (бывший диктатор — он, как завязавший наркоман, всегда видит вокруг тиранов) — но только статьи в жёлтой Bild и более солидной Die Welt пытаются давать оценки.

Мастера заголовка из Bild озаглавили статью «Все правительство России уходит в отставку. Кроме Путина», и объясняют происходящее исключительно желанием российского президента остаться у власти. Die Welt в статье «Ещё больше Путина» идут дальше — по их мнению, анонсированные реформы должны послужить только тому, чтобы стало… правильно, «ещё больше Путина», в то время как «недовольство населения растёт», «протесты усиливаются» (более осторожный Блумберг те же протесты называет «фрагментарными»), а «мер по борьбе с бедностью так и не предложено» (позвольте, а чему была посвящена вся первая часть обращения?).

Эти тексты вряд ли выражают некое генеральное отношение западного истеблишмента к происходящему (такие колонки появляются позже, когда «линия партии» определена), но и вполне показывают образ мысли журналистского сообщества.

Французы, итальянцы и американцы пока не знают, чего им ждать, и потому оставляют себе простор для манёвра, возможность приноровиться к грядущим переменам в огромной и всё более влиятельной стране. Косные немцы своё удивление перекрывают штампами о диктатуре времён холодной войны, извлечёнными из сундуков в 2014 году и так и не положенными назад. Но надо признать — наш президент сегодня смог удивить и первых, и вторых, и третьих.

Share